вернуться в основной раздел: «Ответы на кажущиеся «противоречия» в Библии»

 

ЧЕЛОВЕКООБРАЗНЫЙ ОБЛИК БОГА В БИБЛИИ

Это библейское «противоречие» выводится из текстов Писания, несущих, на первый взгляд, противоположную информацию. Прежде всего, известно, что одно из главных доктринальных положений Библии относительно природы Бога – это то, что «Бог есть Дух» (Ин. 4:24), Который возвышен и нематериален. Однако другие библейские тексты совершенно прямо заявляют, что у Бога есть части тела, а, значит, физический облик. Отсюда вопрос: «Бог – все-таки Дух или Он имеет тело, подобное человеческому?

ЧЕЛОВЕКООБРАЗНОСТЬ БОГА В БИБЛИИ

Вначале давайте убедимся, действительно ли текст Писания недвусмысленно заявляет о наличии у Всевышнего частей тела и вообще внешнего вида, наподобие человеческого. На самом деле подобных текстов, подтверждающих это, немало. Вот весьма небольшая подборка.
Прежде всего, вполне ясно заявляется, что у Господа есть глаза:

«Ибо очи Господа обозревают всю землю, чтобы поддерживать тех, чье сердце вполне предано Ему». (2Пар.16:9)

«Ибо так говорит Господь Саваоф: для славы Он послал Меня к народам, грабившим вас, ибо касающийся вас касается зеницы ока Его». (Зах.2:8). «Зеница» – устаревшее слово, означающее зрачок.

«И когда вы простираете руки ваши, Я закрываю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови». (Ис.1:15)

Судя по тексту, у Бога также есть руки:

«От начала дней Я Тот же, и никто не спасет от руки Моей; Я сделаю, и кто отменит это?»
(Ис.43:13)

«Всякий день простирал Я руки Мои к народу непокорному, ходившему путем недобрым, по своим помышлениям». (Ис.65:2)

В Библии также написано, что у Бога есть лицо, рот и губы:

«Но каждый будет сидеть под своею виноградною лозою и под своею смоковницею, и никто не будет устрашать их, ибо уста Господа Саваофа изрекли это». (Мих.4:4)

«На сие так сказал Господь: если ты обратишься, то Я восставлю тебя, и будешь предстоять пред лицом Моим; и если извлечешь драгоценное из ничтожного, то будешь как Мои уста. Они сами будут обращаться к тебе, а не ты будешь обращаться к ним». (Иер.15:19)

Упомянуты также ноги Всевышнего:

«Тогда выступит Господь и ополчится против этих народов, как ополчился в день брани. И станут ноги Его в тот день на горе Елеонской, которая перед лицом Иерусалима к востоку…» (Зах.14:3-4)

И обратим внимание еще на пару текстов, в которых описан общий облик Господа, причем так же – с вполне человеческими чертами:

«…Я видел Господа, сидящего на престоле Своем, и все воинство небесное стояло при Нем, по правую и по левую руку Его». (3Цар.22:19)

«Видел я, наконец, что поставлены были престолы, и воссел Ветхий днями; одеяние на Нем было бело, как снег, и волосы главы Его — как чистая волна; престол Его — как пламя огня, колеса Его — пылающий огонь». (Дан.7:9)

Итак, по крайней мере, относительно библейских свидетельств все вполне однозначно, поскольку на первый взгляд Писание действительно содержит немало текстов, напрямую заявляющих, что у Господа есть вполне конкретный человекоподобный образ. Возможно, есть даже некоторые черты лица.

ДУХОВНОСТЬ БОГА В БИБЛИИ

Теперь давайте немного осветим один из главных постулатов христианской веры, который находится в прямом противоречии со всем тем, что мы обсуждали в предыдущем разделе, – явной человекообразности, а, возможно, и материальности Бога. Все же, наряду с вышеперечисленным, Библия также недвусмысленно заявляет о высшей, духовной, совершенной и нематериальной природе Бога.

Вот один из основных текстов на эту тему, который мы уже упоминали в самом начале:
«Бог есть Дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине». (Иоан.4:24)

Другой текст, подобный предыдущему:

«Господь есть Дух; а где Дух Господень, там свобода». (2Кор.3:17)

Также в одной из фраз Иисус не только подтверждает это, но и поясняет противоположность духовной и материальной природ:

«Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня». (Лук.24:39)

В этом эпизоде Иисус пытался успокоить Своих учеников, представ перед ними после распятия воскресшим, но не в Своем высшем обличии, а в преображенном теле, которое, наряду с наличием сверхъестественных свойств, сохранило целый ряд вполне материалистичных характеристик.

Помимо перечисленного, также существует немало текстов Писания, подчеркивающих высшую природу Бога, которая никаким образом не ограничена условиями материального мира. Например,

Его абсолютная бесконечность и всеприсутствие или вездесущность, своеобразно описанные древним псалмопевцем:

«Куда пойду от Духа Твоего, и от лица Твоего куда убегу? Взойду ли на небо — Ты там; сойду ли в преисподнюю — и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря, — и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя. Скажу ли: «может быть, тьма скроет меня, и свет вокруг меня сделается ночью»; но и тьма не затмит от Тебя, и ночь светла, как день: как тьма, так и свет». (Пс.138:7-12).

Также Писание свидетельствует о вечности Бога и, как представляется, Его полной неподвластности фактору времени, поскольку оно, как и все прочее, есть Его творение:

«А Господь Бог есть истина; Он есть Бог живой и Царь вечный». (Иер.10:10)

«Разве ты не знаешь? разве ты не слышал, что вечный Господь Бог, сотворивший концы земли, не утомляется и не изнемогает? разум Его неисследим». (Ис.40:28)

Также прямо заявляется о Божьем всемогуществе, перед которым не существует преград:

«О, Господи Боже! Ты сотворил небо и землю великою силою Твоею и простертою мышцею; для Тебя ничего нет невозможного». (Иер.32:17)

«А Иисус, воззрев, сказал им: человекам это невозможно, Богу же всё возможно». (Матф.19:26)
Фактически все перечисленное относительно характеристик Бога сводится Библией не просто к Его абсолютности, но и к единственности, как единственному источнику бытия:

«Так говорит Господь, Царь Израиля, и Искупитель его, Господь Саваоф: Я первый и Я последний, и кроме Меня нет Бога». (Ис.44:6)

Итак, во втором тезисе мы также убедились вполне определенно. Писание ясно свидетельствует о высшей, духовной природе Бога, в отношении которой какие-либо материальные критерии не применимы в принципе. Бог не может иметь нечто подобное человеческому телу не потому что не способен, а потому что Его природа неизмеримо и непредставимо выше. Когда пришло время, Бог ограничил Себя и присутствовал на земле в человеческом теле под именем Иисус (Филип. 2:7). Хотя заметим, что, согласно Писанию, даже ангелы – существа, сотворенные Богом, но не имеющие большинства материальных ограничений, – также способны принимать человекоподобный вид (Ис. Нав. 5:13-15).

ГЛАВНЫЙ ОТВЕТ НА «ПРОТИВОРЕЧИЕ» – ОСОБЫЙ ЯЗЫК ОПИСАНИЯ

Попробуем примирить группу библейских текстов из первого раздела, в котором мы показывали, насколько ясно Писание говорит о конкретных чертах внешнего вида Бога, и второго раздела, где, опять же, Писанием не менее ясно свидетельствуется о высшей духовной природе Бога, в которой не может быть каких-либо свойств материальной природы с ее внешними признаками.
Главным «секретом» разрешения данной, на первый взгляд, непростой проблемы является особый язык, которым пользуются авторы Священного Писания. Впрочем, не чужд он и нам сегодня, хотя подобная манера изъясняться в наши дни применяется несколько реже. Речь идет о языке, который, описывая религиозные сверхъестественные понятия высшего порядка, проецирует на них человеческие образы и свойства. То есть, пытаясь объяснить более значимые вещи из высшего мира, для понятности используются простые слова, взятые из обыденного окружения, низшего мира. Таким образом, сами понятия, которые мы пытаемся объяснить, и язык их объяснения как бы находятся на разных уровнях. Называется этот язык – антропоморфным (от греч. «антропос» – «человек» и «морфе» – «вид, образ, форма»).

То есть уже можно понять, что антропоморфный язык Священного Писания не надо воспринимать буквально, поскольку его простые средства выражения на самом деле описывают куда более превознесенные смыслы. И поэтому «глаза», «руки», «ноги» Господа, равно как и прочие человекообразные признаки, представляют собой лишь образы, данные нам для понятности. Ведь это общеизвестный факт, что, при попытке что-либо описать, мы всегда используем известные нам образы. То есть любое описание – это сравнение незнакомого с чем-то знакомым.

Религиоведы и культурологи, которые занимаются изучением подобных антропоморфизмов в религиях и фольклоре, отмечают, что использование данного языка в древности являлось своеобразной нормой. В наши дни мы зачастую стараемся уйти от метафоричностей в речи и использовать более научный или деловой язык с конкретными понятиями. Однако совершенно очевидно, что далеко не все можно выразить конкретно. Язык метафор, описывающий высшие смыслы обыденными словами и знакомыми образами, продолжает сопровождать нас.

Давайте в этом убедимся. Прежде всего, обратим внимание, что антропоморфный язык чем-то напоминает детский. Действительно, когда родитель объясняет ребенку еще непонятные тому явления, зачастую используется способ наделения природных объектов или живых существ человеческими свойствами. Например, объясняется, как радуется водичке политый цветок. Или солнышко заходит, потому что оно идет спать. Да и вообще детское сознание само по себе весьма склонно наделять предметы «человечностью» и «одушевленностью», когда, например, ребенок пинает стул, о который больно споткнулся, тем самым «наказывая» его.

Но в таком случае является ли антропоморфный язык признаком детской неразвитости? Ни в коем случае. Скорее, это нужно воспринимать как своеобразную норму. Посему продолжим разговор о языке метафор и рассмотрим еще несколько примеров. Разве мы, взрослые и образованные люди, до сих пор не пользуемся словами «солнце зашло – солнце взошло»? Ведь каждый из нас еще со школьной скамьи совершенно определенно знает, что это земля вращается вокруг солнца и его «заход» не существует в действительности, а лишь воспринимается таковым.

Или фраза «шепчет ласковый дождь», которой мы хотим показать красоту дождя и своё позитивное состояние в данный момент. Так что мы продолжаем пользоваться в речи подобными фразами, но не потому что мы не в курсе того, как оно на самом деле, а потому что так проще, понятнее и, как ни странно, так оно лучше отражает подлинный смысл.

Или, например, басни Ивана Андреевича Крылова с их явными антропоморфными образами животных. Вряд ли у кого-то может возникнуть сомнение в том, что метафоричный язык басен с большей легкостью, нежели тяжеловесные философско-научные формулировки, доносит до читателей серьезное духовно-нравственное назидание. Кстати, пример басен встречается и в Библии (Суд. 9:7-21; 4 Цар. 14:9).

Таким образом, антропоморфный язык является неотъемлемой частью Библии и используется ею для описания высших смыслов. Его ни в коем случае нельзя воспринимать буквально, поскольку он существует не для выражения конкретики. Посему образ «гуманоидного» Бога не более чем лишь метафора. Причем одновременно библейские свидетельства о духовной, превознесенной высшей природе Бога имеют именно прямой, а не переносный смысл.

Как мы убедились, этот язык свойственен в равной степени и древности, и нашему времени. Мы, современные люди, привыкли думать, что язык конкретики, язык научной терминологии и понятий, есть лучший и наиболее точный язык выражения. Однако он столь же слабо способен облечь в слова высшие понятия, как и вообще человеческий язык. Язык метафоры, сказки, басни ничуть не хуже, а в чем-то даже лучше научного и философского языков. Ведь конкретика оперирует лишь нашим ограниченным рациональным уровнем знаний, тогда как метафора позволяет проявиться интуитивному знанию, обладающему информацией более высокого уровня.

ВЫВОДЫ

Итак, вопрос несоответствия человекообразных описаний Бога в Библии и библейских же свидетельств о Его абсолютной духовности, как оказалось, решается очень просто. Все дело лишь в языке описания. Ведь, как несложно было убедиться, для того, чтобы описать то, чего нет на земле, то есть превознесенность и совершенство природы Господа, мы поневоле вынуждены пользоваться известными, понятными, но приземлёнными образами. При этом тяжеловесность философских формулировок никак не делает все это более понятным. Отсюда и проистекает актуальность языка метафор и антропоморфизмов, которым мы с легкостью пользуемся с самого детства, – для того, чтобы сделать непонятное хотя бы немного более близким и узнаваемым.

ПЕРЕЙТИ К ОБСУЖДЕНИЮ НА ФОРУМЕ

TVSEMINARY

us